По любым вопросам: admjuridcons@gmail.com

Все статьи > Противоречивое поведение лиц, участвующих в деле (Грибов Н.Д.)

Противоречивое поведение лиц, участвующих в деле (Грибов Н.Д.)

Дата размещения статьи: 19.04.2021

Противоречивое поведение лиц, участвующих в деле (Грибов Н.Д.)

Под противоречивым процессуальным поведением в рамках настоящего исследования следует понимать процессуальные действия лиц, участвующих в деле, которые противоречат ранее совершенным деяниям либо бездействию.
При этом противоречивое поведение, т.е. подача процессуальных ходатайств, всегда представляет активные действия и само по себе не противоречит императивным требованиям процессуального законодательства. В качестве примера следует привести право лиц, участвующих в деле, предоставлять уточнения к ранее изложенной позиции по фактическим обстоятельствам дела до момента вынесения решения. Однако если сторона процесса неоднократно изменяет позицию, касающуюся фактов дела, то суд вправе расценить ее действия в качестве недобросовестных и применить последствия в виде запрета противоречивого поведения, который также именуется эстоппель (estoppel), либо venire contra factum proprium.
Estoppel - доктрина в англо-саксонском праве, обозначающая запрет противоречивых действий, когда определенное предшествующее поведение стороны сформировало у другой стороны доверие и разумные ожидания и их подрыв в результате непоследовательности приведет к явной несправедливости <1>. В настоящий момент в странах англо-саксонской семьи данная доктрина подразделяется на различные виды, применяемые в материальном и процессуальном праве. Например, процессуальная правовая конструкция estoppel by res judicata (collateral estoppel) позволяет избежать повторного пересмотра однажды решенного дела.
--------------------------------
<1> Карапетов А.Г., Федоров Д.В. Эстоппель. URL: https://m-logos.ru/wp-content/uploads/2019/10/tezisy-k-kruglomu-stolu-po-estoppelyu-d.-fedorov-a.-karapetov.pdf (дата обращения: 12.02.2021).

Venire contra factum proprium, обозначающая, что никто не может противоречить собственному предыдущему поведению, была выработана римскими глоссаторами при интерпретации положений Corpus Iuris Civilison в рамках exceptio doli generalis и в дальнейшем заимствована правопорядками стран континентальной системы права <2>.
--------------------------------
<2> Protection of the purchaser's reliance in 16th - 18th century England and Europe // The Western Australian Jurist. Vol. 3. 2012. P. 4. URL: http://classic.austlii.edu.au/au/journals/WAJurist/2012/1.pdf (дата обращения: 02.02.2021).

Данные доктрины направлены на защиту лица, которому в результате противоречивых действий противоположной стороны будет причинен ущерб, хотя по юридической природе они различаются. Юридическая конструкция estoppel - юридический институт, который в английском праве не связан с добросовестностью (good faith), тогда как venire contra factum proprium следует из принципа добросовестности (bona fides). Можно утверждать, что в странах континентального права доктрина запрета противоречивого поведения является одним из вариантов последствий недобросовестного поведения (mala fides).
В Российской Федерации, несмотря на то, что она относится к романо-германской правовой семье, в практике судов и деятельности практикующих юристов латинское понятие venire contra factum proprium не распространено и для констатации противоречивого поведения преимущественно используется дефиниция "эстоппель". Так, сторонами в одном из пунктов мирового соглашения было установлено, что поведение сторон при исполнении настоящего мирового соглашения не должно иметь признаков противоречивости и недобросовестности, не соответствующих обычной коммерческой честности (правило эстоппель) <3>.
--------------------------------
<3> Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 ноября 2019 г. по делу N А65-24820/2019 // Банк решений арбитражных судов.

Правило запрета противоречивого поведения применяется в гражданском праве и цивилистическом процессе и представляет один из частных случаев недобросовестного поведения. Правовым последствием при противоречивом поведении в сфере материального права является отказ в удовлетворении иска (встречного иска). Юридическими последствиями при противоречивом поведении в рамках процессуального права выступает отказ в удовлетворении ходатайства истца.
Несмотря на то что правило venire contra factum proprium прямо не закреплено в отечественном процессуальном законодательстве, его правовой основой выступает ч. 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснения, данные в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".
Рассмотрим некоторые проблемы применения исследуемой правовой конструкции.
Первой проблемой выступает состав элементов запрета противоречивого поведения. В науке выдвигаются различные мнения относительно условий его применения <4>. Исследование зарубежной доктрины показывает, что иностранные правоведы выделяют четыре элемента venire contra factum proprium: (1) первоначальное поведение (factum proprium), (2) вторичное поведение, которое противоречит первоначальному (contra factum proprium), (3) недобросовестность лица, действующего противоречиво (mala fides), (4) причинение существенного ущерба противоположной стороне <5>.
--------------------------------
<4> Володарский Д.Б., Кашкарова И.Н. Процессуальный эстоппель в практике российских судов (эмпирический анализ) // Вестник гражданского процесса. 2019. N 5. С. 61 - 110.
<5> Codrin Codrea. Nemo potest venire contra factum proprium. The coherence principle in European contract law // CES Working Papers, Centre for European Studies, Alexandru Ioan Cuza University. Vol. 10. N 3. P. 357 - 370. URL: https://ideas.repec.org/a/jes/wpaper/y2018v10i3p357-370.html (дата обращения: 26.01.2021); . The Duty of Good Faith Taken to a New Level: An Analysis of Disloyal Behavior // Journal of Civil Law Studies. Vol. 9. 2014. P. 54.

Выделение четвертого элемента запрета противоречивого поведения, в частности, ущерба, достаточно спорно. С позиции материального права конкретный ущерб определить возможно, так как он может иметь материальное выражение. Например, Верховный суд Германии в одном из судебных актов относительно применения последствий запрета противоречивого поведения отразил, что ответчиком не доказано, что изменение позиции истца, вдруг осознавшего, что он осуществлял оплату на основании незаконных условий договора, причинило ответчику существенный ущерб <6>. В деле "Sanders v. United Distributors, Inc." судья Редманн, анализируя доктрины estoppel и venire contra factum proprium и ссылаясь на ряд доктринальных источников, указал, что вне зависимости от применяемой доктрины истец должен доказать что-то похожее на injurious reliance (ущерб) <7>.
--------------------------------
<6> Нам К.В. Принцип добросовестности. Система и бессистемность // Вестник гражданского права. 2019. N 1. С. 28 - 74.
<7> Sanders v. United Distributors, Inc., Louisiana Court of Appeal. URL: https://cite.case.law/so-2d/405/536/ (дата обращения: 26.01.2021).

В рамках гражданского и административного судопроизводства выделение подобного элемента достаточно условно. Хотя А.В. Юдин, анализируя категорию злоупотребления процессуальными правами, усматривал, что недобросовестное поведение сторон причиняет экономический вред интересам государства и интересам лиц, участвующих в деле, который выражается в убытках в виде реального ущерба и упущенной выгоды <8>. Д.Б. Володарский и И.Н. Кашкарова отмечают, что под ущербом может пониматься невыгодное положение участника процесса, которое стало результатом нарушения принципов состязательности и процессуального равноправия <9>. Кроме того, можно утверждать, что в процессуальных отношениях ущерб причиняется интересам правосудия либо противоположной стороне, так как противоречивые действия стороны влияют на окончательный результат процесса.
--------------------------------
<8> Юдин А.В. Злоупотребление процессуальными правами в гражданском судопроизводстве: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. СПб., 2009. URL: http://law.edu.ru/book/book.asp?bookID=1345381 (дата обращения: 26.01.2021).
<9> Володарский Д.Б., Кашкарова И.Н. Процессуальный эстоппель в практике российских судов (эмпирический анализ) // Вестник гражданского процесса. 2019. N 5. С. 61 - 110.

Вместе с тем представляется, что с позиции имплементации запрета противоречивого поведения в процессуальных отношениях обоснование судом ущерба является лишним. Это обусловлено, во-первых, абстрактностью категории убытков в процессуальном праве, которая фактически выступает последствием процессуальной недобросовестности. Во-вторых, превалированием публичных начал при обеспечении справедливого судебного разбирательства над диспозитивными началами процесса. Соответственно констатации недобросовестности лица, действующего противоречиво, достаточно для лишения процессуального права.
Таким образом, для применения процессуального запрета противоречивого поведения следует установить совокупность трех элементов: (1) factum proprium, (2) contra factum proprium, (3) mala fides.
Следует отметить, что в судебных актах часто встречается фраза, что основным критерием применения эстоппеля является непоследовательное, непредсказуемое поведение участника юридического правоотношения <10>. Представляется, что подобная трактовка является неверной. Недобросовестность лица, действующего противоречиво, выступает превалирующим критерием применения запрета противоречивого поведения. Участники процессуального и материального правоотношения вправе действовать противоречиво, что следует из диспозитивных начал гражданского права и процесса. Например, в рамках гражданского оборота, когда меняются экономические обстоятельства. В процессе ответчик вправе вначале не признать иск, а затем согласиться с частью исковых требований. Противоречивое поведение становится только в том случае неправомерным, когда оно не отвечает критерию добросовестности (bona fides).
--------------------------------
<10> См., например: Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30 декабря 2019 г. по делу N А60-8529/2019, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22 августа 2019 г. N Ф04-1374/2019 по делу N А46-289/2018 // Банк решений арбитражных судов.

Второй проблемой применения запрета противоречивого поведения выступает смешение его правовой природы со смежными правовыми явлениями, в частности, преклюзией и изменением отдельного пункта сделки в силу конклюдентных действий ее сторон.
Под преклюзией следует понимать ситуацию, когда право прекращается ввиду его неосуществления в определенный срок <11>. В современном процессе данная юридическая конструкция направлена на обеспечение своевременного рассмотрения дела путем содействия оперативному и своевременному разрешению споров. Преклюзия - относительно древняя правовая конструкция, имеющая целью заставить стороны концентрировать процессуальные средства на начальных этапах процесса. Например, в Австрийском уставе гражданского судопроизводства 1895 г. было установлено, что отвод о неподсудности должен быть заявлен в первом заседании. После окончания первого заседания к рассмотрению принимается только отвод о родовой неподсудности дела <12>. Устав гражданского судопроизводства 1864 г. (в редакции 1914 г.) в ст. 330, 331, 331.1 содержал правило о том, что лица, участвующие в деле, обязаны не позднее первого словесного состязания привести все обстоятельства, на которых основаны их требования и возражения <13>.
--------------------------------
<11> Малахиров Б.М. Эстоппель и преклюзия в цивилистическом процессе: общее и особенное // Арбитражный и гражданский процесс. 2019. N 10. С. 3 - 7.
<12> Тур Н.А. Австрийский устав гражданского судопроизводства 1895 года в сопоставлении с нашим уставом. С.-Петербург: Типография Правительствующего Сената, 1896. С. 95.
<13> Исаченко В.Л. Гражданский процесс. Практический комментарий на вторую книгу устава гражданского судопроизводства. Т. I (издание 3-е, испр. и доп.). Петроград: Типография М. Меркушева, 1916. С. 766, 767.

В современном отечественном законодательстве преклюзия закреплена в абз. 6 ст. 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, указывающей, что суд оставляет заявление без рассмотрения, если любая из сторон не позднее дня представления своего первого заявления по существу спора в суде первой инстанции заявит возражение, касающееся третейской оговорки, в отношении рассмотрения дела в суде.
В юридической литературе отмечается, что в современной практике судьи не разграничивают содержание запрета противоречивого поведения и преклюзии, что является ошибочным <14>. На самом деле грань между этими правовыми явлениями достаточно тонкая, так как они идентичны по своим правовым последствиям - отказ в удовлетворении процессуального ходатайства по причине потери права.
--------------------------------
<14> Малахиров Б.М. Эстоппель и преклюзия в цивилистическом процессе: общее и особенное // Арбитражный и гражданский процесс. 2019. N 10. С. 3 - 7.

Если для установления преклюзии необходимо определить несвоевременность выполнения процессуальных действий и вину лица, их осуществляющего, то для определения venire contra factum proprium важно установить элемент mala fides. С одной стороны, преклюзией может являться подача ходатайства о неподсудности спора в суд второй инстанции, хотя в первой инстанции подобное ходатайство не заявлялось. С другой стороны, эти процессуальные действия могут подпадать и под правило запрета противоречивого поведения, если будет установлена недобросовестность лица, ходатайствующего об этом. Так, суд кассационной инстанции верно применил эстоппель, так как в действиях лица, участвующего в деле, прослеживалась недобросовестность, в частности, им было заявлено о неподсудности спора только после вынесения судебного акта судом апелляционной инстанции, принятого не в его пользу <15>.
--------------------------------
<15> Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13 апреля 2016 г. по делу N 306-ЭС15-14024, А57-12139/2011 // СПС "КонсультантПлюс".

Соответственно отличием между определением venire contra factum proprium и преклюзией выступает элемент недобросовестности лица, действующего противоречиво (mala fides).
Также дискуссионным выступает вопрос о соотношении эстоппеля и изменения отдельного пункта сделки в силу конклюдентных действий ее сторон.
В силу ст. 158 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка может совершаться не только в форме устного или письменного волеизъявления, но и в форме конклюдентных действий <16>. Допустим, стороны заключили соглашение об изменении территориальной подсудности для данного дела. Истец подает не в тот суд, который указан в договоре. Ответчик не возражает, активно участвует в судебном процессе. Суд исковые требования удовлетворяет в полном объеме. Ответчик в апелляционной жалобе ходатайствует о передаче дела по подсудности. Возникает вопрос: на что сослаться суду при отказе в удовлетворении подобного заявления? На эстоппель либо на то, что стороны изменили договор своим конклюдентным поведением?
--------------------------------
<16> См.: п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" // СПС "КонсультантПлюс".

Действующая судебная практика, следуя позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, отраженной в Постановлении Президиума от 23 апреля 2013 г. N 1649/13, рассматривает, что к подобной ситуации следует применить эстоппель, хотя в тексте судебных актов отражается факт изменения подсудности в результате конклюдентных действий <17>. Представляется, что ссылка на запрет противоречивого поведения в данной ситуации избыточна. Именно через конклюдентное соглашение об изменении условий договора следует исходить при толковании действий сторон. Запрет противоречивого поведения нельзя применить, поскольку отсутствует элемент mala fides.
--------------------------------
<17> См., например: Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30 декабря 2019 г. по делу N А32-52722/2018 // Банк решений арбитражных судов.

Последней проблемой, на которую необходимо обратить внимание, является вопрос применения venire contra factum proprium по инициативе суда. В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 указано, что суд обязан вынести на обсуждение вопрос применения последствий недобросовестности, если усматривается очевидное отклонение участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Неисполнение этой обязанности влечет отмену судебного акта <18>. Данные положения касаются mala fides в сфере материального права (ст. 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Касательно процессуального аспекта запрета противоречивого поведения ни закон, ни разъяснения высшей судебной инстанции не указывают на необходимость обсуждения с лицами, участвующими в деле, процессуальной недобросовестности на судебном заседании. Представляется, что, принимая во внимание обязанность суда обеспечить справедливое судебное разбирательство, судья по своей инициативе вправе применить правило запрета противоречивого поведения, не учитывая мнений участников цивилистического процесса.
--------------------------------
<18> См., например: Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 27 ноября 2018 г. N 78-КГ18-53 // СПС "КонсультантПлюс".

По результатам исследования можно отметить следующее:
- для обозначения запрета противоречивого поведения следует использовать терминологический оборот venire contra factum proprium, так как в английском праве эстоппель не следует из принципа добросовестности, тогда как в традиции системы стран континентального права bona fides является фундаментом venire contra factum proprium;
- следует выделять три элемента запрета противоречивого поведения: (1) первоначальное поведение (factum proprium), (2) вторичное поведение, которое противоречит первоначальному (contra factum proprium), (3) недобросовестность лица, действующего противоречиво (mala fides);
- запрет противоречивого поведения необходимо отличать от преклюзии и изменения отдельного пункта сделки в силу конклюдентных действий ее сторон;
- суд по своей инициативе вправе применить правило запрета противоречивого поведения в рамках процессуальных отношений, не учитывая мнений участников цивилистического процесса.

Литература

1. Володарский Д.Б. Процессуальный эстоппель в практике российских судов (эмпирический анализ) / Д.Б. Володарский, И.Н. Кашкарова // Вестник гражданского процесса. 2019. N 5. С. 61 - 110.
2. Исаченко В.Л. Гражданский процесс. Практический комментарий на вторую книгу устава гражданского судопроизводства. В 6 томах. / В.Л. Исаченко. Т. 1. Порядок производства в общих судебных местах. 3-е изд., испр. и доп. Петроград: Тип. М. Меркушева, 1916. 900 с.
3. Карапетов А.Г., Федоров Д.В. Эстоппель / А.Г. Карапетов, Д.В. Федоров. URL: https://m-logos.ru/wp-content/uploads/2019/10/tezisy-k-kruglomu-stolu-po-estoppe-lyu-d.-fedorov-a.-karapetov.pdf.
4. Малахиров Б.М. Эстоппель и преклюзия в цивилистическом процессе: общее и особенное / Б.М. Малахиров // Арбитражный и гражданский процесс. 2019. N 10. С. 3 - 7.
5. Нам К.В. Принцип добросовестности. Система и бессистемность / К.В. Нам // Вестник гражданского права. 2019. N 1. С. 28 - 74.
6. Тур Н.А. Австрийский устав гражданского судопроизводства 1895 года в сопоставлении с нашим уставом / Н.А. Тур. Санкт-Петербург: Тип. Правительствующего сената, 1896. 226 с.
7. Юдин А.В. Злоупотребление процессуальными правами в гражданском судопроизводстве: автореферат диссертации ... доктора юридических наук / А.В. Юдин. Санкт-Петербург, 2009. 47 с.

References

1. Codrea C. Nemo potest venire contra factum proprium. The coherence principle in European contract law / C. Codrea // CES Working Papers, Centre for European Studies, Alexandra Ioan Cuza University. 2018. Vol. 10. Iss. 3. P. 357 - 370.
2. Thiago L.S. The Duty of Good Faith Taken to a New Level: An Analysis of Disloyal Be havior / L.S. Thiago // Journal of Civil Law Studies. 2014. Vol. 9. P. 28 - 54.
3. Vagni L. Protection Of The Purchaser's Reliance In 16th - 18th Century England And Europe / L. Vagni // The Western Australian Jurist. 2012. Vol. 3. P. 1 - 25.

13.09.2021

Законопроектом предлагается предусмотреть право отдельных субъектов ТЭК по решению Правительства РФ учреждать "корпоративные" частные охранные организации, а также урегулировать вопрос определения субъектов охраны объектов ТЭК, которым по результатам категорирования присвоена средняя или высокая категории опасности. При этом, доля субъекта ТЭК в уставном капитале "корпоративной" частной охранной организации не может быть менее 50%.

подробнее
07.09.2021

Целью законопроекта является повышение эффективности деятельности госкорпораций, интегрированных структур и организаций оборонно-промышленного комплекса в интересах обороны и безопасности РФ. В связи с этим устанавливаются специальные требования в части согласования с Президентом России отчуждения, возможности отчуждения или передачи в доверительное управление акций (долей в уставном капитале) организаций, имеющих стратегическое значение для оборонно-промышленного комплекса и безопасности Российской Федерации.

подробнее
02.09.2021

Целью законопроекта является дальнейшая реализация т.н. "Закона о дачной амнистии" 2006 г. В частности предлагается механизм предоставления гражданам земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, на которых расположены жилые дома, возведенные до вступления в силу Градостроительного кодекса РФ в границах населенного пункта. Также предлагается продление срока "дачной амнистии" до 1 марта 2031 года.

подробнее
25.08.2021

Цель законопроекта - уточнение перечня лиц, имеющих право оспорить запись об отце ребенка в книге записей рождений, произведенную в соответствии с п. 2 ст. 51 Семейного кодекса РФ. Таким правом наделяется наследник лица, записанного отцом ребенка. При этом требование об оспаривании отцовства подлежит удовлетворению в случае, если такая запись была произведена на основании подложных документов, предусмотренных п. 2 ст. 51 Семейного кодекса РФ.

подробнее
18.08.2021

Целью законопроекта, внесенного в депутатом Государственной Думы О.А. Ниловым, является создание эффективного механизма воздействия на недобросовестных кандидатов на выборные должности. В связи с этим предполагается установить уголовную ответственность за невыполнение предвыборного обещания.

подробнее
14.08.2021

Законопроект подготовлен в связи с принятием Федерального закона от 26 июля 2019 г. № 224-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" и Федеральный закон "О Следственном комитете Российской Федерации".

подробнее

Информация. Знания. Результат
↑