По любым вопросам: admjuridcons@gmail.com

Все статьи > Профессиональное представительство как ограничение права юридического лица (корпорации) на судебную защиту (Казакова С.П., Кухарева О.А., Юсупова А.Н.)

Профессиональное представительство как ограничение права юридического лица (корпорации) на судебную защиту (Казакова С.П., Кухарева О.А., Юсупова А.Н.)

Дата размещения статьи: 19.04.2021

Профессиональное представительство как ограничение права юридического лица (корпорации) на судебную защиту (Казакова С.П., Кухарева О.А., Юсупова А.Н.)

Право на участие в судебном процессе через представителя является не только одним из правомочий лиц, участвующих в деле, но и важнейшей гарантией реализации таких принципов цивилистического процессуального права, как состязательность, процессуальное равноправие, доступ к правосудию. Право на представителя носит универсальный характер и не может быть ограничено исходя из целей обеспечения справедливого судебного разбирательства и эффективной судебной защиты. Лишь в особых случаях, прямо указанных в законе, реализация права на участие в деле через представителя предопределяется особыми требованиями. Процессуальная революция 2019 г. ознаменовалась в числе прочих изменений введением в российское арбитражное процессуальное законодательство института профессионального представительства, предполагающего возможность участия представителей на добровольной основе только при условии соответствия их требованиям, указанным в законе <1>. Согласно ч. 3 ст. 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) представителями в арбитражном суде могут быть адвокаты, лица, имеющие высшее юридическое образование или ученую степень по юридической специальности, если иное не предусмотрено законом <2>.
--------------------------------
<1> См.: Федеральный закон от 28 ноября 2018 г. N 451-ФЗ (ред. от 17 октября 2019 г.) "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" // СЗ РФ. 2018. N 49 (часть I). Ст. 7523.
<2> См.: Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24 июля 2002 г. N 95-ФЗ (ред. от 8 декабря 2019 г.) // СЗ РФ. 2002. N 30. Ст. 3012.

В научной юридической литературе неоднократно обращалось внимание на то, что именно профессиональный представитель способен не только эффективно защищать права своего доверителя, но и обеспечивать реализацию состязательных начал процесса. По справедливому утверждению В.В. Яркова, не теряющему актуальности уже почти двадцать лет, защита прав в современном гражданском и арбитражном процессе требует профессионального юридического сопровождения со стороны представителя, прежде всего адвоката <3>. Участие в процессе юриста рассматривалось также и в контексте процессуальной экономии. Как подчеркивает Л.А. Прокудина, арбитражным судьям значительно проще и легче рассматривать дела с профессиональными юристами - представителями сторон, поскольку это обстоятельство позволяет им даже общаться на профессиональном языке, и судье не приходится разъяснять сторонам положения и термины материального законодательства, чтобы иметь возможность разобраться с их правовой позицией, требованиями, возражениями <4>. Введение требований о профессиональном представительстве, как представляется, преследует такие цели, как повышение эффективности правосудия по делам о защите прав и законных интересов субъектов экономической деятельности, обеспечение процессуальной экономии и, как следствие, оптимизация судебной нагрузки, а также повышение качества квалифицированной юридической помощи, гарантированной ст. 48 Конституции Российской Федерации <5>. С точки зрения воплощения одной из важнейших конституционных гарантий именно профессионализм лица, оказывающего юридическую помощь, позволяет говорить о ее эффективности <6>.
--------------------------------
<3> См.: Ярков В.В. Современные проблемы доступа к правосудию в Российской Федерации // Российский юридический журнал. 2001. N 1 (29). С. 16.
<4> См.: Прокудина Л.А. Профессионализация арбитражного процесса (вопросы представительства) // Арбитражный и гражданский процесс. 2010. N 3. С. 34 - 39.
<5> См.: Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 1 июля 2020 г. URL: http://www.pravo.gov.ru (дата обращения: 04.02.2021).
<6> См.: Кухарева О.А., Семикина С.А., Казакова С.П. Профессиональное представительство в гражданском и арбитражном процессе и его роль в повышении уровня правовой культуры // Правовая культура. 2020. N 1 (40). С. 70.

Впрочем, новое правило о профессиональном представительстве достаточно быстро стало предметом научных дискуссий именно в части императивного требования о запрете участия иных лиц, формально не являющихся юристами, но обладающих специальными знаниями и навыками, которые могли бы оказать определенную помощь суду в своевременном, полном и всестороннем рассмотрении и разрешении дела. В частности, обоснованной видится позиция О.Ю. Фоминой, полагающей, что зачастую для того, чтобы выиграть дело, одних только знаний в сфере юриспруденции недостаточно, а добивается успеха тот представитель, который является специалистом в той или иной области спорных правоотношений (в сфере медицины, техники, экологии, электроэнергетики и др.) <7>.
--------------------------------
<7> См.: Фомина О.Ю. Профессиональное представительство: доводы за и против // Актуальные проблемы российского права. 2019. N 2 (99). С. 97.

Со временем стало понятно, что правило о профессиональном представительстве содержит в себе еще один дискуссионный момент, связанный с фактическим запретом участия в процессе лиц, которые по своему правовому статусу хотя очень близки к законным представителям юридических лиц, но все же таковыми не являются и при этом не отвечают специальным требованиям ч. 3 ст. 59 АПК РФ. Речь идет об участниках корпораций и спорах с участием корпораций.
Рассуждая об особенностях судебного представительства юридических лиц, необходимо все споры с участием корпораций дифференцировать на две группы, различающиеся в зависимости от того, осуществляется ли защита только прав корпорации или еще и опосредованно (косвенно) прав ее учредителей (участников). К первой группе, объединяющей большинство правовых споров с участием корпорации, применяются общие положения АПК РФ о представительстве, с учетом того обстоятельства, что законный представитель юридического лица может стать и судебным представителем вне зависимости от наличия у него юридических знаний и навыков и может доверить участие в судебном процессе адвокату или иному профессиональному представителю.
Принципиально новые тезисы в этом аспекте сформулировал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 16 июля 2020 г. N 37-П <8>, в котором была дана оценка некоторым положениям АПК РФ в части требований к представителям. Напомним, что предмет спора по данному делу был связан с оценкой отказа арбитражного суда в удовлетворении ходатайства в деле по налоговому спору о допуске гражданина К.В. Бударина (одного из учредителей юридического лица и его исполнительного директора) к участию в деле в качестве представителя юридического лица на том основании, что данный гражданин не соответствовал требованиям ч. 3 ст. 59 АПК РФ.
--------------------------------
<8> См.: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2020 г. N 37-П "По делу о проверке конституционности части 3 статьи 59, части 4 статьи 61 и части 4 статьи 63 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью "Александра" и гражданина К.В. Бударина" // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 2020. N 5.

Следует подчеркнуть, что формально указанные действия арбитражного суда по делу были правомерными, поскольку согласно ст. 63 АПК РФ в том случае, если представитель не подтвердит в соответствии со ст. 59 и ст. 60 АПК РФ полномочия, арбитражный суд отказывает в признании полномочий соответствующего лица на участие в деле. Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации дал расширительное толкование положениям ч. 3 ст. 59, ч. 4 ст. 61 и ч. 4 ст. 63 АПК РФ, указав, что они по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагают ограничения права организации поручать ведение дела от имени этой организации в арбитражном процессе связанному с ней лицу, в частности ее учредителю (участнику) или работнику, не имеющему высшего юридического образования либо ученой степени по юридической специальности, за исключением лиц, которые не могут быть представителями в силу прямого указания закона, при условии, что интересы этой организации в арбитражном суде одновременно представляют также адвокаты или иные оказывающие юридическую помощь лица, имеющие такое образование либо такую степень. Интересно отметить, что в целом приведенное толкование близко к одному из предложенных несколько лет назад вариантов регулирования института представительства, предполагавшему участие наряду с представителем поверенного, который должен был как раз оказывать определенную помощь представителю, правда, организационного характера.
Приведенный выше вывод Конституционного Суда Российской Федерации представляет интерес еще и потому, что в нем институт представительства в том виде, в котором он закреплен в нормах АПК РФ, позволяет при определенных обстоятельствах характеризовать его как "неоправданное и непропорциональное ограничение права на доступ к суду, а значит, и на судебную защиту". Приведенный тезис можно положить в основу характеристики института представительства в сфере корпоративных отношений, специфика которой в самом общем виде включает следующие аспекты.
Во-первых, отношения, опосредующие создание юридического лица, управление им или участие в нем, носят характер мультисубъектных, поскольку могут включать в себя собственно корпорацию (юридическое лицо), учредителей, участников, лиц, входящих в состав органов управления или органов контроля корпорации и других. При этом юридическое лицо, в отношении которого возник корпоративный спор, может занимать различное процессуальное положение <9>.
--------------------------------
<9> См.: Арбитражное процессуальное право. В 2 ч. Часть 2: учебник для бакалавриата и магистратуры / под ред. С.Ф. Афанасьева, И.Ю. Захарьящевой. М.: Юрайт, 2018. С. 108 (автор главы - С.В. Моисеев).

Во-вторых, корпорация, имея прямой или косвенный интерес в конкретном деле, вне зависимости от процессуального положения, должна быть уведомлена о рассмотрении дела по корпоративному спору (ст. 225.4 АПК РФ), чем обеспечивается возможность ее участия в судебном процессе. Добавим, что на указанное обстоятельство как на иллюстрацию расхождения общих и специальных положений АПК РФ об участниках арбитражного процесса было справедливо обращено внимание в научной литературе <10>.
--------------------------------
<10> См., например: Раздьяконов Е.С., Тарасов И.Н. Итоги процессуальной реформы процедуры разрешения корпоративных споров // Арбитражный и гражданский процесс. 2020. N 11. С. 51.

В-третьих, корпорация выступает в судебном процессе через своих представителей, которые реализуют свои полномочия либо в силу закона и учредительных документов, либо в силу письменного уполномочия. В первом случае речь идет об исполнительном органе корпорации, функции которого согласно ст. 65.3 Гражданского кодекса Российской Федерации могут осуществляться лицом единолично либо несколькими лицами, действующими совместно или независимо друг от друга <11>.
--------------------------------
<11> См.: Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября 1994 г. N 51-ФЗ (ред. от 8 декабря 2020 г.) // СЗ РФ. 1994. N 32. Ст. 3301.

Вопрос о том, какое процессуальное положение в споре занимает участник корпорации, является неоднозначным. В частности, Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков, а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, а истцом по делу выступает корпорация <12>. Исполнительный орган корпорации также занимает положение ее законного представителя, однако не совсем понятно, как следует квалифицировать ситуацию, когда оба представителя, участник и директор, займут противоположные правовые позиции по делу. Не случайно в научной литературе применительно к анализу рассмотрения судами дел по корпоративным спорам обращается внимание на учет корреляции интересов всех субъектов корпоративных отношений, а также природы корпоративных отношений. В частности, исследование вопросов регулирования порядка рассмотрения корпоративных дел позволило Е.Я. Токару сделать вывод о том, "что в нашем законодательстве и практике уже существует явление, которое можно назвать "номинальным представительством" <13>.
--------------------------------
<12> См.: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2015. N 8.
<13> Токар Е.Я. Участники корпорации как ее представители // Международный научно-исследовательский журнал. 2017. N 6-1 (60). С. 69.

Корпорация, таким образом, имеет право на участие в судебном процессе по любому из возможных корпоративных споров через своего законного представителя, в качестве которого выступает директор корпорации или иное лицо, действующее на основании учредительных документов без доверенности (ч. 4 ст. 59 АПК РФ), а по некоторым категориям споров - также через своих участников. Впрочем, последние имеют возможность лишь инициировать дело по ряду требований, а во всех остальных случаях могут представлять интересы юридического лица исключительно по доверенности (при условии, если подпадают под требования ч. 3 ст. 59 АПК РФ в части необходимого соответствия квалификационному цензу).
Законный представитель по своему усмотрению вправе выбрать представителя и наделить его полномочиями действовать в интересах корпорации без доверенности. Таким образом, вопрос о возможности представительства в судебном процессе интересов корпорации в большинстве случаев зависит целиком и полностью от ее исполнительного органа.
Соответственно, не исключены ситуации, при которых директору по самым разным причинам будет невыгодно обеспечивать участие в судебном процессе от имени корпорации профессионального представителя. Например, в случае, если директор выступает в качестве ответчика по иску участников корпорации о возмещении убытков, причиненных корпорации. Формально директор, будучи ответчиком, не лишен возможности выступать в качестве представителя корпорации, однако в силу прямого конфликта интересов такое совмещение двух разных процессуальных статусов таит не только риск неэффективности судебной защиты, но и злоупотребление процессуальными правами. С этой точки зрения возможна ситуация, при которой директор не посчитает необходимым обеспечивать представительство интересов корпорации ни самостоятельно, ни путем наделения соответствующими полномочиями иного лица. В результате юридическое лицо может лишиться возможности осуществить защиту своих нарушенных или оспариваемых прав или законных интересов.
Изложенное выше позволяет заключить о необходимости более гибкого правового регулирования института представительства в арбитражном процессе, с тем чтобы он в полной мере содействовал эффективной реализации права на доступ к правосудию, но не ограничивал его.

Литература

1. Арбитражное процессуальное право. В 2 частях. Ч. 2: учебник для бакалавриата и магистратуры / под редакцией С.Ф. Афанасьева, И.Ю. Захарьящевой. Москва: Юрайт, 2018. 323 с.
2. Кухарева О.А. Профессиональное представительство в гражданском и арбитражном процессе и его роль в повышении уровня правовой культуры / О.А. Кухарева, С.А. Семикина, С.П. Казакова // Правовая культура. 2020. N 1 (40). С. 64 - 79.
3. Прокудина Л.А. Профессионализация арбитражного процесса (вопросы представительства) / Л.А. Прокудина // Арбитражный и гражданский процесс. 2010. N 3. С. 14 - 18.
4. Раздьяконов Е.С. Итоги процессуальной реформы процедуры разрешения корпоративных споров / Е.С. Раздьяконов, И.Н. Тарасов // Арбитражный и гражданский процесс. 2020. N 11. С. 49 - 51.
5. Токар Е.Я. Участники корпорации как ее представители / Е.Я. Токар // Международный научно-исследовательский журнал. 2017. N 6-1 (60). С. 67 - 70.
6. Фомина О.Ю. Профессиональное представительство: доводы за и против / О.Ю. Фомина // Актуальные проблемы российского права. 2019. N 2 (99). С. 95 - 101.
7. Ярков В.В. Современные проблемы доступа к правосудию в Российской Федерации / В.В. Ярков // Российский юридический журнал. 2001. N 1 (29). С. 16 - 29.

13.09.2021

Законопроектом предлагается предусмотреть право отдельных субъектов ТЭК по решению Правительства РФ учреждать "корпоративные" частные охранные организации, а также урегулировать вопрос определения субъектов охраны объектов ТЭК, которым по результатам категорирования присвоена средняя или высокая категории опасности. При этом, доля субъекта ТЭК в уставном капитале "корпоративной" частной охранной организации не может быть менее 50%.

подробнее
07.09.2021

Целью законопроекта является повышение эффективности деятельности госкорпораций, интегрированных структур и организаций оборонно-промышленного комплекса в интересах обороны и безопасности РФ. В связи с этим устанавливаются специальные требования в части согласования с Президентом России отчуждения, возможности отчуждения или передачи в доверительное управление акций (долей в уставном капитале) организаций, имеющих стратегическое значение для оборонно-промышленного комплекса и безопасности Российской Федерации.

подробнее
02.09.2021

Целью законопроекта является дальнейшая реализация т.н. "Закона о дачной амнистии" 2006 г. В частности предлагается механизм предоставления гражданам земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, на которых расположены жилые дома, возведенные до вступления в силу Градостроительного кодекса РФ в границах населенного пункта. Также предлагается продление срока "дачной амнистии" до 1 марта 2031 года.

подробнее
25.08.2021

Цель законопроекта - уточнение перечня лиц, имеющих право оспорить запись об отце ребенка в книге записей рождений, произведенную в соответствии с п. 2 ст. 51 Семейного кодекса РФ. Таким правом наделяется наследник лица, записанного отцом ребенка. При этом требование об оспаривании отцовства подлежит удовлетворению в случае, если такая запись была произведена на основании подложных документов, предусмотренных п. 2 ст. 51 Семейного кодекса РФ.

подробнее
18.08.2021

Целью законопроекта, внесенного в депутатом Государственной Думы О.А. Ниловым, является создание эффективного механизма воздействия на недобросовестных кандидатов на выборные должности. В связи с этим предполагается установить уголовную ответственность за невыполнение предвыборного обещания.

подробнее
14.08.2021

Законопроект подготовлен в связи с принятием Федерального закона от 26 июля 2019 г. № 224-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" и Федеральный закон "О Следственном комитете Российской Федерации".

подробнее

Информация. Знания. Результат
↑